Глава «Ки Тиса»

Способность давать

Рав Давид Вайс

Обратим внимание на то, как Тора рассказывает о способе финансирования строительства Мишкана. Перед народом был провозглашен сбор пожертвований. Не денежных пожертвований, а материалов, нужных для строительства. Это золото, серебро, медь, драгоценные камни и многое другое.

Самый загадочный вопрос, который здесь можно задать: как же так, ведь Вс-вышний – самый большой богач. У Него – гораздо больше золота и серебра, чем у нас, людей. Тогда почему Он просит у бедных евреев, которые были несколько поколений рабами и теперь наконец-то вышли на свободу, взяв у египтян немного золота и серебра?

Один из ответов на этот вопрос – такой. Вс-вышний хочет воспитать в своем народе способность давать. А это совсем не просто. Человек очень привязан к своим деньгам. Особенно тот, у кого их немного, или тот, у кого их не было и они неожиданно появились.

Это качество раба – получать бесплатно и давать только в обмен на что-то. Но это качество Вс-вышний хочет убрать из своего народа. Эти люди должны быть свободными. А свободный человек хочет сам платить за то, что получает.

Вс-вышний хочет воспитать в нас желание брать на себя материальные расходы, насколько это возможно.

А кроме того, когда евреи присоединятся к расходам по строительству Мишкана, они станут сопричастны. Каждый будет помнить, что Мишкан построен на его деньги, и Мишкан станет дорог каждому.

 

Настоящая праведность

Рав Бен Цион Меламед

В 1908 в Иерусалиме был заложен первый камень в строительстве нового квартала «Шаарей Хесед», а в 1910 году его начали заселять. В этом районе поселилось очень много известных семей Иерусалима, в частности семья рава Шломо Залмана Ойербаха. Когда появилась необходимость выбрать раввина, то обратились к тогда еще очень молодому, но уже известному раввину Яакову Моше Харлапу. Ему было всего 28 лет, но он уже был известен как большой знаток Торы и праведник.

В тот день, когда рав Хаим Зоненфельд, глава «Эда харедит» и другие известные раввины Иерусалима поставили свою подпись под документом о назначении рава Моше Яакова на должность раввина, его мать лежала в больнице. Один из ее внуков пришел сообщить ей об этом радостном событии, но увидел слезы у нее на глазах. Как же он был удивлен, когда понял что это не слезы радости, а слезы горя. Он спросил у бабушки, почему она не рада, почему это известие так опечалило ее.

Тогда мать этого великого раввина ответила так: «Я всю жизнь надеялась, что мой Яшенька вырастет цадик нистар (скрытым праведником)».

Для меня это яркий рассказ, в одной фразе отражающий атмосферу Иерусалима тех времен, когда даже матери желали видеть своих сыновей на высшем уровне праведности. Ведь если праведность никому неизвестна, скрыта от людских глаз, то нет опасности, что люди возведут праведника на пьедестал и гордыня завладеет им. Вся духовная работа, которую проделывает такой праведник, абсолютно чиста и ни одной доли этой работы не сделано на показ, но только лишь во имя Вс-вышнего.

 

Помеха во время молитвы

Рав Арье Лейб Гальчук

Сказано в трактате «Брахот (23б): «Пусть не держит человек в руках ни тфиллин, ни свиток Торы во время молитвы». (Имеется в виду молитва Амида, но «Мишна брура» добавляет, что то же самое относится к чтению «Шма» и «Псукей де-зимра».) Причина этому – он не сможет молиться сосредоточенно, так как все время будет бояться, что эти вещи выпадут у него из рук. Там же написано, что и острый нож, и монеты, и полную миску, и хлеб нельзя держать во время молитвы, поскольку человек беспокоится о том, что упав, нож может его порезать, монеты – рассыпаться, миска – пролиться, а хлеб – испачкаться.

Из этого видно, что только такие вещи, которые запрещено ронять на пол (как свиток Торы или тфиллин) или они могут навредить (как нож), потеряться или испортиться (как монеты, миска и хлеб и можно также добавить к этому списку маленького ребенка) – запрещается держать в руках. Но в отношении вещей, которые не боятся уронить, например, носовой платок – нет запрета.

Но существует мнение, что желательно ничего не держать в руках во время молитвы (может быть потому, что некрасиво стоять перед царем теребя в руках, например, платок, а в Талмуде перечисляется то, что запрещено без сомнения, так как из-за этого человек сильно отвлекается). В любом случае, даже если человек держал в руках какую-либо из этих вещей во время молитвы, он не должен произносить молитву заново, если, несмотря ни на что, ему все же удалось сосредоточиться (хотя бы в первом благословении), поскольку нет никакой гарантии, что и в следующий раз он сможет сосредоточиться.

Написано в трактате «Сукка» (41б), что лулав разрешено держать в руках во время молитвы. И хотя, если он упадет, то может стать некашерным (что естественно отвлекает внимание человека), все же, поскольку в праздник Суккот держать лулув в руках является заповедью, то это ему не помешает. (Возможно потому, что даже отвлекаясь на лулав, он будет отвлекаться на заповедь, и мысль о ней, возможно, только поможет вернуться к молитве.)

Тем более во время молитвы можно держать в руках сидур, ведь человек держит его именно для молитвы, и значит это только поможет ему сосредоточиться.

По книге «Арох а-шульхан»

 

Загадка к главе «Ки Тиса»:

Рав Бен Цион Меламед

В нашей недельной главе есть заповедь, которая имеет такую особенность: тот, кто исполнит ее частично – нарушит запретительную заповедь (ло таасе) и не выполнит предписывающую (мицват асе). А тот, кто никак  ее не исполнит – не выполнит только предписывающую заповедь. Что это за заповедь?

 

Ответ на загадку из главы «Тецаве»:

Улица «Бен Ливрат» названа в честь Донаша бен Ливрата, чье объяснение приводит Раши в своем комментарии: «ʺЧтобы не сдвигался хошен с эйфода…ʺ – ʺне сдвигалсяʺ, т.е. не отделялся» (Шмот, 28:28).



Добавить комментарий

 

Не разглашать

 

 
..